Борнео, или Калимантан, — один из крупнейших островов в мире, находящийся на линии экватора. Это индонезийский остров, на территории которого проживают коренные народы даяки (Dayak — interior / inland). Слово «даяк» означает «внутренний»; этим термином традиционно описывают племена, населяющие остров, каждое из которых сохраняет свою культуру и отдельный язык. Сами племена не пользуются этим словом как самоназванием, а обычно называют себя по той реке, бассейн которой они заселяют.
Среди них — ибан, кайан, кенья (Kenyah) и другие. В общей численности около трёх миллионов человек.

Климат на Калимантане экваториальный, влажный, со среднегодовой температурой, редко спускающейся ниже 26°. Как везде в тропиках, ночь наступает мгновенно — сразу после исчезновения сияющего солнечного шара. Избыток тепла и влаги вызывает невиданное богатство растительного мира, превращая остров в гигантскую оранжерею.
Живущие в течение сотен поколений на своём острове и органически вписанные в его географические рамки, даяки многими особенностями своей экономики и материальной культуры обязаны воздействию окружающей природной среды.

В условиях влажного тропического леса основу хозяйства даяков (кроме бродячих пунанов) составляет земледелие. Даяки с помощью топора и огня расчищают земли от леса, чтобы получить возможность вырастить необходимое количество риса.
Естественные условия труда даяков наложили отпечаток на характер поселений. Селение состоит из одного или нескольких длинных домов, расположенных тесно друг к другу, недалеко от воды.

Особое место в жизни даяков занимает лес — лес, не расчищенный под пашню. Лес — это их мир: в лесу они строят свой дом, сеют рис, хоронят мёртвых. Даяки умеют находить дорогу в любой чаще, перебираться через самые непроходимые пропасти, выслеживать зверя и собирать невидимые для других драгоценные дары леса.

Обычно в период затишья сельскохозяйственных работ, когда рис зреет и женщины занимаются прополкой и охраной посева, мужчины (как правило молодые юноши, ещё не ставшие главами семей) покидают деревню и отправляются в поисках дополнительных доходов. Иногда такие походы длятся несколько дней, иногда — недели и даже месяцы. Уходят обычно небольшими группами. Как правило, отправляются на лодках, которые затем, при углублении в лес, прячут у берега.

У саравакских (штат на острове Борнео) ибанов такие поездки приняли своеобразную форму так называемых «беджалай» (буквально «идти») — походов, цель которых не только в добыче, но и в приобретении некоторых социальных привилегий. Беджалай — дело чести ибана: считается, что только совершивший беджалай имеет право нанести татуировку.
Лес для даяков является огромным заповедником дичи. Крупная дичь представлена кабанами и оленями всех видов — от самого крупного (сервус эквинус) до маленького канчиля (трагулюс напу). Охотятся даяки на носорогов, обезьян, дикобразов, тигровых кошек, медведей, крокодилов, птиц.

Любопытно отношение даяков к крокодилам. Специально на них даяки не охотятся. Но если крокодил съест человека, против него организуют карательную экспедицию, и тогда перебивают всех крокодилов подряд, пока не доберутся до преступника, в чём убеждаются, вскрывая жертвы.
Наряду с лесом важнейшую роль в жизни даяков играет река. Это основное средство связи в условиях лесного бездорожья и огромных расстояний острова.
Узкие долблёные лодки даяков могут развивать удивительную скорость. Широкую известность приобрели лодки кайянов, хотя наиболее бесстрашными мореходами считаются прибрежные меланау. Маленькие семейные лодки изготовляются из древесной коры за два–три часа. Удивительное зрелище представляют собой длинные военные лодки, достигающие 50 м длины и вмещающие до 60–70 человек. Такие большие лодки принадлежат целой деревне.

Реки служат постоянным источником рыбы, и рыболовство практикуется очень широко. С малых лет мальчики учатся навыкам рыболовства и освоению реки.
Из ремёсел развитие получили в первую очередь те, сырьё для которых можно найти на острове. Так, у большинства даяков развито ткачество, причём у ряда групп до сих пор употребляются древесные нити; пунаны изготовляют ткань из тапы — древесной коры. Красители для декорирования используются исключительно естественные.
Искусство резьбы по дереву, в котором даяки достигли больших высот, не испытывает на себе губительного влияния импорта. Свидетельством тому являются артистически украшенные вёсла и носы лодок, деревянные военные щиты, рельефные украшения на домах. Многие даяки являются прекрасными резчиками по кости гиббона и оленя: из неё они изготовляют рукоятки ножей и ножны.
Перечисленными видами занятий не исчерпывается всё многообразие укладов бесчисленных племён аборигенов Калимантана. Даяки на протяжении столетий, замкнутые в труднопроходимых джунглях, выработали свой особый уклад жизни, в наибольшей степени соответствовавший их природному окружению.

Вера, духи и ритуалы
У племён даяк существует вера в то, что каждое живое существо — будь то растение или животное — обладает своим духом. Эти духи, которые могут быть как благими, так и злыми, играют важную роль в различных аспектах жизни, включая агрокультуру, текстильное искусство и искусство татуировки. Чтобы угодить духам и избежать их гнева, даяки ведут определённые ритуалы. Духи часто взаимодействуют с людьми через сны, и считается, что даже мастера татуировки находятся под покровительством специфических духов.
С рождением каждому даяку предоставляются идеальные дары природы: ум, тело и несколько душ. Каждый дар имеет своё значение для поддержания целостности в течение жизни. Эта целостность считается необходимой для достижения святости в загробной жизни.

Верования ибанов гласят, что одна из душ находится в голове, и завоевание чужой головы означает захват этой души, а также статуса, силы и способностей побеждённого. Именно поэтому сохранённые человеческие головы получали ритуальное почитание, и их духи становились частью захватившего их сообщества, где души побеждённых оказывали различную помощь своим новым хозяевам.
Традиция охоты за головами у даяков рассматривалась как способ поддержания гармонии и баланса в их мире. Статус индивидуума в обществе часто определялся его успехами в этой охоте. Татуировка служила ключевым символом, указывающим на участие человека в таких экспедициях.

В 1900 году изучение культуры и жизни Борнео возросло во многом благодаря экспедициям голландцев и британцев. Большое количество материалов было сосредоточено на практике традиционного нанесения татуировки. Как описывается, даяки считали татуировку священным занятием, тесно переплетённым в их культуре с ритуалами поклонения духам, ремеслом, самоопределением, а также кровопролитными войнами.
Татуировка, или как её называют местные жители — калингай («kalingai»), различается по формам, и каждая из них несёт свой смысл. Татуировки наносились вручную, используя две деревянные палки, одна из которых на одном конце имела один или несколько бамбуковых шипов, известных как «кайок таток» (kayok tatok). Вторая палка использовалась для ударов по первой, чтобы вонзить шипы в кожу.

Мастера, выполняющие татуировки, не только обладали необходимым мастерством и знали, как дозировать силу удара для этого процесса, но и взаимодействовали с духами, чтобы определить наиболее подходящий дизайн для каждого человека.
Все татуировки располагались не хаотично, а на определённых частях тела. Выбор того, где будет нанесена татуировка и какие смыслы будут вложены, определял ценность тела владельца.

Ибанские татуировки не только защищали от злых духов или порчи, но также считалось, что они были способом напомнить богам о нашем существовании и позволить им увидеть нас после смерти.
Человеческое тело использует несколько языков общения: жесты пытаются выразить намерения как вербально, так и невербально. Различные смыслы передаются не только с помощью слов, но и с помощью символов тела — таких как татуировки.

Isi Ginti
В Сараваке «иси гинти», или рыболовный крючок, является первой татуировкой, которую делают мальчику. Она означает, что мальчик умеет ловить рыбу, или метафорически указывает на способность выполнять простые жизненные навыки.

Bunga Terung
«Бунга» — малайское слово, означающее «цветок», а «терунг» — малайское слово, означающее «баклажан». Традиционная татуировка ибана, такая как «Бунга Терунг», служит обрядом посвящения и визуальным маркером личных достижений, статуса и идентичности в обществе.

Бунга Терунг
символизирует переход в зрелую, взрослую жизнь. Чаще всего наносится симметрично на правое и левое плечи. Изображение представляет собой форму чёрного цветка — так называемого цветка баклажана — с 4–9 лепестками (в зависимости от размера, обычно около 13 см) и иногда шипами. В центре чёрного цветка развивается светлая спираль.
Двойная или одиночная спираль символизирует головастика лягушки или «верёвку жизни». Жизненный цикл лягушки важен для ибанов, поскольку он описывает перерождение на своём пути и во многом отсылает к «беджалаю» (berjalai) — путешествию и жизненному скитанию.
Ибанцы следуют философии «берджалай» («идти» или «странствовать»), которая побуждает людей покидать свои деревни для обретения новых знаний и накопления богатства.

Pantang Rekung
«Рекунг» является второй татуировкой, которую получают юноши ибан. Обычно она имеет форму скорпиона или жабы и делается молодым ибанским мужчинам для защиты перед тем, как они начнут свой «беджалай». Это оберег, помогающий избежать «Паранг Иланг» — местного меча охотников за головами.

Считается, что после её нанесения мужчина проявляется в духовной сфере и становится видимым для духов своих предков. Pantang Rekung начинается примерно на 1–2 дюйма ниже подбородка, прикрывает адамово яблоко и заканчивается у основания шеи. Изображение варьируется от дома к дому и от художника к художнику.
Иметь такую татуировку почётно, и к ней не следует относиться легкомысленно.

Tegulun
Руки мужчины даяка могут многое рассказать о нём. Увидев узоры на пальцах и тыльной стороне кистей рук, скорее всего перед вами человек, принимавший участие в охоте за головами. Только мужчина, которому удалось обезглавить врага (bedengah), имеет право на эти татуировки.

Хотя они обозначали отрубленную голову, тегулун, возможно, представлял собой жертвоприношение духу-помощнику, которого в прежние времена умилостивляли, убивая раба при строительстве нового длинного дома.
За каждую отнятую голову мужчина-ибан получает право на татуировку одного сустава пальца. С каждой дополнительной головой татуировке подвергался ещё один сустав. Когда количество убитых врагов уже нельзя было сосчитать на всех суставах пальцев и двух больших пальцах обеих рук, узор тегулун продолжался дальше — на кисть.

Pala Tumpa
«Пала тумпа» — это одновременно татуировка, символизирующая овладение каким-либо навыком, и семейная реликвия, передаваемая от матери к дочери. Татуировка получила своё название благодаря месту нанесения — на предплечье, где традиционно носили узорные браслеты.

Основными элементами татуировки часто являются мотив скорпиона (kala) и зигзагообразная полоса, символизирующая сороконожку (kemebai). Оба символа обладают защитными свойствами и широко используются в искусстве ибана. «Пала тумпа», что означает «голова браслетов», относится к традиции ибанских женщин носить браслеты от запястий до локтей. Такие татуировки чаще всего можно встретить у женщин, занимающихся ткачеством.

Ткачество священного покрывала «пуа кумбу» имело важное ритуальное значение и использовалось шаманами и воинами ибана. Это было рискованное духовное занятие, сравнимое по значимости с ритуалами охоты за головами, практикуемыми воинами. Процесс создания требовал мастерства, терпения и соблюдения ритуалов, включая жертвоприношения для умиротворения духов.

Невыполнение ритуалов могло вызвать гнев духов и привести к несчастьям. Для защиты от злых духов ткачихи использовали амулеты и татуировки. Кроваво-красное покрывало пуа создавалось в условиях физической и духовной опасности, и мастерицы приобретали престиж и социальный статус. Хорошие ткачихи отмечались татуировками на пальцах или больших пальцах рук, аналогично охотникам за головами.

Buah Engkabang
Этот дизайн часто включает в себя изображение плода энкабанга, который также известен как «летающий вертолёт» из-за своей формы. Плоды engkabang (их называют также illipe nuts) созревают в сухой сезон (в период от января до марта) и падают, совершая вращательное движение, напоминая маленькие «вертолётики».
Дерево пользуется большим уважением у народа ибан: масло и плоды часто включены в культурные мотивы татуировок, символизирующие силу природы и жизненный путь человека.

Плавники «вертолётика» стилизованы в красивую минималистичную форму. Они образуют симметричные закрученные формы, часто дублируемые по вертикали или выстроенные в повторяющийся мотив. Эти композиции включают строгие чёрные узоры с плавными изгибами, напоминающие листья, семена или цветочные формы.

Символ Buah Engkabang ассоциируется с цикличностью жизни, плодородием и процессом «падения и возрождения», что тесно перекликается с природным философским восприятием. Татуировка имеет глубокое культурное значение среди ибан. Она также символизирует защиту, помогает установить связь с духовными силами и часто наносится на значимые участки тела, отражая ритуальные и культурные традиции племени.
Nabau
Nabau — древний драконоподобный узор. Это стилизованное изображение змеи или дракона, состоящее из абстрактных закрученных линий, спиралей и орнаментальных фракталов. Он символизирует духовную силу, власть над водной стихией и открывает тайны природы.
Nabau более редок, мифичен и имеет ассоциативный характер, связанный с духами и водной силой. Naga и Nabau могут быть визуально переплетены и даже называться взаимозаменяемо в вариациях дизайнов.
Ketam
Ketam (краб), Lengam (рукав) — Ketam Lengam дословно переводится как «краб на руке». Мотив изображает декоративно стилизованного краба. Чаще всего наносится на плечо и используется как символ защиты — личный щит для носителя. Такая татуировка фиксирует важные события, охотничьи подвиги, путешествия и мастерство своих навыков.
Ketam Ngerayap вытатуирован на затылке и также действует как символ защиты.
Kala (Scorpion)
Kala — мотив скорпиона.